Учитель физкультуры 130-й школы Днепра Евгений Линкевич 14 января потерял жену Оксану и двух дочерей: приемную — 13-летнюю Лейлу и родную — 3-летнюю Михелину. В девятиэтажку, где жила семья, попала российская ракета, разрушив со второго по девятый этажи. Евгения спасло то, что в ту ночь его не было дома. Рассказ мужчины опубликовало Helpdesk Media.
— Мне никогда не нравился этот дом. Угрюмый.
Мы жили там до определенного времени вместе. Я [Оксана] и ее дочка Лейла. [Потом родилась] Михелина. 4 июня ей бы было 4 годика.
Мы познакомились на дне рождения. Я был со своей младшей дочкой, она со своей. Начали общаться. Уже пять лет прошло.
[14 января] я находился у своей мамы в другом районе. Мы не поссорились, просто ее квартира, я себя чувствовал там не очень. Думали [вместе переехать куда-то]. Не знали, как это решить.
Утром созвонились. Я собирался ехать к ним. Выходил — услышал хлопок.
Ученики со школы позвонили: «Евгений Валерьевич, с вами все нормально? Там в ваш дом попало».
Сказали, что в угол, а в этом доме два угла. [Думал, главное] чтоб не этот угол. Я надеялся, что они пошли в магазин, но они редко в тревогу выходили.
Я сразу поехал. Объезжал дворы, чтобы заехать поближе, потому что перекрыты были дороги уже. Через дворы нырял, потом метров 300 пробежал.
Я не понимал обстановки. Куча дыма, пыль, развалины… Я забежал до третьего этажа. Помогал [спускать] женщину, по-моему, с четвертого этажа. Раненую. Объявили, что нужно всем уйти за ограждение, потому что угроза взрыва. Мы отошли.
Там весь город был. Может, 1000 человек, может, 500−700. Много людей пришло помогать. Я не ожидал, что наши люди так сплочены. Не расходились, хоть и комендантский час начинался.
Часов в 12 ночи [спасатели] светят прожекторами, и кто-то слышит голос чей-то. Кричат: «Тише!», и все замолкают. Кого-то достали.
Я там двое суток простоял, до понедельника. Ночевал в машине. Были обогревающие палатки, чай, еда. Даже сигареты.
Говорили, шесть детей повезли на Космическую [улицу в больницу]. Я съездил, проверил — [моих] там не было. Вернулся обратно.
[Думал], может, кто-то остался жив. Надежда была. [Хотя] по виду можно было понять, что нет — ракета попала именно в их этаж.
В понедельник утром мне позвонили полицейские. Прислали фотографии моей дочки. Не помню ничего подробнее. Состояние было непонятное. Шок, наверно.
На опознание я [поехал] в морг [больницы] Мечникова. Очередь собралась из таких же [близких] погибших.
Сидели, ждали своей очереди. Кто знал друг друга, спрашивали — кто был дома, кто не был. Я ни с кем не общался.
Ребенка своего я сразу опознал. Она худенькая у меня, 11 килограмм. В подъезде одна такая была. Оксану сложнее. Она была не очень распознаваема — ее больше потрепало. Татуировка у нее была маленькая, Амур на плече, и шрамы [на животе]. Два кесаревых. Лейлу опознавал ее дедушка и дядя. Они [с мамой] были примяты, не сильно похожи.
Слезы сразу проявляются. И опустошение в душе: за что они погибли? В чем виноваты?
Всех хоронили в один день. Оксану и малую положили в один катафалк, Лейлу — в следующий.
Я дочке гроб покупал. Детей хоронят в белых, в Днепре белого не было. Приходилось заказывать с области. Его ночью везли, чтобы утром в восемь мне отдать. Маленький белый гробик, уютный.
Я хотел, чтобы у нее все было красивое. Платье, как бальное, белое [купил]. Сестра моя помогала [выбирать].
Кладбище Лоц-Каменское, на Победе тоже. Там родственники похоронены: и ее, и мои. Было много очень людей.
[Меня поддерживают] дети от первого брака, сестра, мама, знакомые. Ездим на кладбище. Приехал, посидел, поговорил, уехал. Здороваюсь и спрашиваю: «Почему вы?»
Друг моего сына [открыл сбор]. Я все деньги перевел Оксаниному отцу.
Поддержка, когда смерть ребенка, бесполезна.
В многоквартирном доме, куда 14 января прилетела российская ракета, проживали 1700 человек. В тот день погибли 40 человек, в том числе три ребенка. Были травмированы 75 мирных жителей, из них 14 детей. В многоэтажке полностью разрушены 72 квартиры, повреждены — 236.
Россия обстреляла Украину в тот день дважды, выпустив по населенным пунктам 28 крылатых и пять авиационных управляемых ракет, а также провела 50 обстрелов из систем залпового огня.
