Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Это она». Зеленский официально дал старт операции M&Ms против московских аэропортов — The Atlantic
  2. «Пользоваться нельзя будет». «Беларусбанк» призвал клиентов совершить одно действие, чтобы они не столкнулись вскоре с проблемами
  3. «Идет напряженный торг за шторкой». Аналитик объяснил смысл цепочки встреч Лукашенко
  4. Подразделения Сил обороны Украины получили приказ соблюдать временный режим тишины на фронте — «Украинская правда»
  5. Уроженец Беларуси с британским паспортом приехал в Россию на похороны бабушки. Его избили полицейские, а в СК посоветовали покинуть РФ
  6. После жалобы Лукашенко на «океан автомобилей» власти Минска рассказали, что будут делать с парковками
  7. Умер один из авторов школьного учебника по истории Беларуси Андрей Соловьянов. Ему было 45 лет
  8. Вводят изменение, которое касается пересечения границы
  9. Что будет, если под постом со свастикой оставить эмодзи-какашку? Представитель ГУБОПиК ответил
  10. Лукашенко озадачился зарплатами в Минске
  11. Из-за этого правила можно попасть в пенсионную «ловушку». О нем знают явно не все
  12. На субботу объявили оранжевый уровень опасности
  13. «На деле это оказался не просто синячок». Беларуска забрала пятилетнего сына из больницы с гематомами — там начали проверку
  14. Беларуса приговорили к 16 годам колонии по трем статьям. Одна из них — госизмена — «Вясна»
  15. «Ой, как же я волновалась!» Беларусская учительница изменила жизнь и стала стюардессой в крупнейшей авиакомпании мира
  16. «Лечение симптомов, а не болезни». Почему в Минске дворы заставлены машинами и что с этим делать
  17. Ждать ли беларусам торнадо 4−5 сентября? Синоптики ответили
  18. Беларуска показала, сколько ей насчитали налога на «роскошное» авто. В комментариях некоторые удивились
  19. Пищаловский парадокс. Экс-политзаключенная — о превращении СИЗО на Володарского в развлекательное пространство
  20. В Могилеве КГБ пришел с обысками и проверкой телефонов к людям, которые недавно ездили в ЕС — правозащитники
  21. «Вызывают у меня чувство глубокой брезгливости». Статкевич высказался о конфликте Тихановского с независимыми СМИ и блогерами

опубликовано: 
обновлено: 

Двух граждан Беларуси эвакуировали из Судана. Об этом сообщили в приближенном к пресс-службе белорусского внешнеполитического ведомства телеграм-канале «Глас МИДа».

Белорусы, которых эвакуировали из Судана. Февраль 2024 года. Фото: t.me/belarusdiplomacy
Белорусы, которых эвакуировали из Судана. Февраль 2024 года. Фото: t.me/belarusdiplomacy

«Сегодня ночью в Москву прилетели молодые граждане Беларуси, парень и девушка, которых успешно эвакуировали из Судана при содействии посольства Беларуси в Египте и иных белорусских заинтересованных», — рассказали в дипведомстве.

Утверждается, что операция по возвращению на родину белорусов длилась чуть больше двух недель. Она началась после обращения матери эвакуированных граждан, сообщает российское информационное агентство Sputnik Беларусь. В МИДе отметили, что «не все детали можно разглашать, но ситуация была объективно непростая, притом на каждом из этапов».

БЕЛТА удалось поговорить с матерью эвакуированных граждан, одной из которых 28 лет, а второму — 17. Это старшая дочь и младший сын Ольги Агеевой.

— Я уехала в 2000 году к мужу. Сначала в Арабские Эмираты. Потом мы переехали жить в Судан. Жизнь, конечно, там очень тяжелая, и физически тяжело было. Родились у меня дети. Дочь уже была к тому времени. Она окончила медицинский колледж. А два мальчика родились там. Начинали с нуля. Он — архитектор, я — домохозяйка, — рассказала женщина.

Сначала семья жила в столичном Хартуме, а потом переехала в другой крупный город страны. Супруг белоруски работал в руководстве строительной компании. Однако спокойной жизни помешало то, что в стране постепенно стали нарастать политические распри.

Тогда же Ольгу Агееву подвело здоровье, женщина даже впала в малярийную кому почти на неделю:

— Врачи с того света вытаскивали. После этого я приняла решение уехать. Детей вырастила. Забрала среднего сына, и мы уехали.

Старшая дочь и младший сын в силу ряда обстоятельств оставались в Судане. Сейчас им, соответственно, 28 и 17 лет.

— Дочка там осталась. Учиться нужно было в медицинском. Это был колледж, потом статус института получил. Ждала документы, — рассказала белоруска.

По ее словам, в последнее время в Судане началась полномасштабная война. Россия некоторое время назад в целях эвакуации присылала за своими гражданами несколько бортов, была возможность вывезти и белорусских граждан.

— 17 граждан Беларуси тоже вывезли. Я очень настаивала, чтобы и они (дети. — Прим. ред.) уехали. Дочь сказала: «Мы боимся ехать в Хартум, потому что нас могут подстрелить по дороге». Это 200 км по шоссе. И вот они остались, — поделилась подробностями Ольга Агеева. — А в их городе было спокойно семь месяцев. А потом туда вошли эти силы быстрого реагирования — они по сути грабежом занимаются, бандитизмом и камня на камне не оставляют. От Хартума, столицы, уже ничего не осталось. Пришли завоевывать другие территории. Я так поняла.

Моя семья собралась со всем, что было у них там, с родственниками. Все бросили. Погрузились 12 человек во внедорожник, поехали на север страны. Ночевали где попало, чуть ли не в пустыне. У дальнего родственника мужа в городе Вади-Хальфа есть дом, там их приютили. Они пытались как-то выехать в Египет. Уже просто встала угроза для жизни. Египтяне отказали. Сказали ждать 6 месяцев. Тогда мое терпение лопнуло, и я обратилась в посольство в Каире. И Никита (белорусский консул. — Прим. ред.) — очень хороший человек, он просто сразу взялся помогать моим детям. Все сделал грамотно. Выехал к ним туда на границу на КПП. Двое суток с ними провел, их там не бросил. Вплоть до того, что они ночевали у него в машине, пока решались бюрократические вопросы.

В Москве детей Ольги Агеевой встретила ее двоюродная сестра, и в скором времени они приедут в Беларусь. Впереди, конечно, еще много забот.

— Планы пока расплывчатые. Дочь хочет работать врачом. Нужно как-то будет легализовать документы. Чем займется младший — пока под вопросом. Школа у него не закончена — 17 лет. Русский они знают на разговорном уровне. Вопросов много, — признается белоруска. Но подчеркивает главное: ее дети теперь в безопасности.