Автор и редактор статей «Википедии» Марк Бернштейн, которому в конце июня присудили три года «домашней химии» за «грубое нарушение общественного порядка», рассказывает в своем Facebook о нескольких месяцах, которые он провел в следственном изоляторе на Володарского в ожидании суда. Пока вышло две части «Володарских записок». Мы публикуем их в сокращении. Полную версию можно прочитать по ссылке.
Володарские посиделки. Часть 1
Говорят, что в камерах малолеток творится жуткий беспредел и источнику я склонен верить, он сам там сидел пока не исполнилось 18. Но во взрослых камерах для первоходов обстановка нормальная — если так можно выразиться про тюрьму.
Для начала нужно пояснить кто вообще там сидит. Юридически почти все заключенные — подследственные, находящиеся под стражей. Часть ждет суда. Есть некоторое количество уже осужденных, которые ждут этапа или досиживают арест по приговору.
Половина каждой камеры — это знаменитая «наркотическая» статья 328. Далее — «политические». Это «народная» статья 342 часть 1 (Митинги) как у меня — до 3 лет. Также статья 130 (Разжигание розни), 361 (Экстремисты) и 368 (Оскорбление президента) — т.е. разного рода публичные высказывания, чаще всего в соцсетях и перепосты. У них сроки больше и «химию» им, в отличие от 342, обычно не дают. Статей таких на самом деле много, это просто более распространенные.
Остальные — экономические статьи (неуплата налогов), кражи, мошенничество, хулиганство. Убийство, изнасилование, разбой и тому подобные тяжкие статьи — большая редкость. За все время я видел только одного обвиняемого в убийстве.
Социально — это полный спектр общества от простого работяги до кандидата наук. Возраст до 18 до 70, основной контингент — 30−45.
Когда на Окрестина я спросил бывалого уголовника на что похожа камера Володарки, он ответил, что это как общага молдавских гастарбайтеров в Подмосковье. И это очень точное первое впечатление. Когда меня утром 2 апреля подняли после ночного этапа с Окрестина из «отстойника» в мою камеру, я увидел вдоль стен два ряда трехъярусных металлических нар (всего 13 мест), стол с плоским телевизором и лавкой напротив двери и кучу мужиков разного возраста в майках и трико. Туалет и умывальник возле двери, напротив одна шконка и вешалка с куртками.
Личные вещи в сумках («кешерах») находятся под нижними шконками, общак — в основном под столом.
Площадь камеры примерно 20 кв. м. Окно закрыто металлическими жалюзи и решеткой так, что дневного света нет, две тусклые лампы под потолком. В этом помещении заключенный находится 23 часа в сутки. Час — прогулка в крошечном дворике. Курят, разумеется, в камере, так что тем, кто не переносит табачный дым, мои соболезнования. Моя куртка, висевшая рядом с местом для курения, провоняла так, что отстирать не удалось, пришлось выбросить.
Кроме прогулки, заключенных водят в баню (1 раз в неделю), «на кабинеты» — к следователям и адвокатам и, кому повезет, на свидания с близкими. Свидания чаще всего после окончания следствия и потом ещё после суда. Бывает еще водят в медкабинет, но это редко (например, мерять уровень сахара диабетикам).
Володарские посиделки. Часть 2
Чтобы вам легче понять взаимоотношения и порядки на Володарке я опишу для начала как приняли меня в камере. Как выглядела камера с моей точки зрения я написал в предыдущей части. Теперь представьте как увидела камера меня. Заводят мужика — заросшего как барбос, грязного, уставшего, невыспавшегося, в порванных штанах (3 недели на Окрестина в «политических» камерах плюс ночной этап). Типичный бомж.
Стандартное приветствие (как научили опытные люди): привет, меня зовут Марк, статья 342 часть 1, по жизни все ровно.
Что в точности означает эта сакраментальная фраза я так и не уловил, но в целом означает, что я обычный нормальный (с точки зрения уголовной этики) человек. То есть не гей, не трансвестит, не псих, не педофил, не насильник… Возможно список не полон и есть еще какие-то прегрешения, не дозволяющие считать себя человеком, но они вероятно крайне редкие. Если же заключенный относится к одной из таких категорий, то скрывать это при входе в камеру настоятельно не рекомендуется. Если у заключенного психические отклонения, то соседям по камере следует об этом знать чтобы понимать возможность сосуществования. Если заключенный гей, трансвестит и т.п., то согласно уголовной традиции он относится к низшей касте и взаимодействие с ним должно быть ограничено. Эта традиция, к сожалению, пока сохраняется и на Володарке.
После того как выяснилось, что я нормальный человек, меня допустили в камеру, а именно предложили закинуть матрас («вату») с постельным бельем на свободную шконку, показали куда положить личные вещи и верхнюю одежду.
После этого произошло то, чего я не ожидал и о чем меня не предупреждали: меня спросили в чем я нуждаюсь? И выдали из общака вместо порванных штанов чистое трико, на ноги тапочки, новенькие зубную щетку, пасту, мыло, полотенце, мочалку, станок для бритья, крем для и после бритья. Выдали даже новый носовой платок и носки. Если бы я попросил, то выдали бы вообще полный комплект белья, одежды и обуви, но я решил, что это перебор. У меня и так слезы на глаза навернулись.
Затем была процедура знакомства — парнишка сварил чифирь (крепче обычного чая, но пить вполне можно), все встали в круг и по очереди, начиная со старшего камеры, представились (имя, город, статья) и говорили мне «Добро пожаловать!» Каждый отпивал два маленьких глотка и передавал кружку следующему. К чифирю на закуску был сладкий шоколад. Я со своей стороны еще раз представился и поблагодарил за прием. На этом ритуал включения меня в коллектив был завершен. Примерно так же (только вместо «добро пожаловать» звучат добрые пожелания и благодарности) выглядит процедура прощания когда зэк уходит на суд, где его вероятно отпустят (как меня), или на этап.
Главное что следует знать и понимать:
1. Гигиена и чистота являются важнейшим приоритетом.
Пример: прежде, чем подойти к общаку и что-то взять — сполосни руки.
2. Старайся не мешать другим людям.
Пример: нужно контролировать свои действия так чтобы передвижение по камере было минимальным. Если все 13 человек будут беспорядочно метаться туда-сюда в узком проходе после подъема или во время приема пищи — будут проблемы и конфликты.
3. Общие потребности имеют приоритет перед личными.
Пример: если кто-то набирает воду в тазик для мытья пола, то твое желание постирать носки или побриться подождет.
В разных камерах эти правила могут отличаться в деталях — камеры разные, люди разные. Где-то может вообще не быть общака, каждый живет своим. Но в таких условиях общак благо, почти все это понимают и стараются максимум отдавать на общак из передач и «отоварок» (покупки в специальном магазине по заказу).
Я первое время отдавал на общак вообще все и брал по потребности (такой вот коммунизм). Потом я понял, что некоторые вещи лучше держать у себя. Например, если мне присылают чай, который я люблю, то потом лезть в общак и искать его в общем большом пакете с 10 видами чая неудобно и может мешать другим. Поэтому часть пакетиков я оставлял в своем кешере и брал оттуда — быстрее и удобнее.
А вот другие продукты уходили на общак полностью. В нашей камере было традицией ежедневно готовить за час до обеда доппаек — нарезать колбасу, сыр, сало, лук и чеснок, сделать салат из овощей. Каждый раз объявлялось по сколько кусочков чего именно и ложек салата приходится на каждого и каждый брал свою долю. Кстати, был у нас кроме индивидуалиста еще и вегетарианец. В камере его уважали и старались сделать для него побольше сыра и салата вместо колбасы и сала.
Любые конфликты гасились мгновенно — еще на стадии перехода дискуссии в спор на повышенных тонах. Любые претензии (предъявы) слышит вся камера и в случае чего быстро разъясняет неправому его неправоту. Последнее слово по внутрикамерным вопросам за старшим камеры. Это крайне важная фигура. Его авторитет признается всеми, а новичку, который вздумает не подчиниться, светит быстро вылететь в другую камеру. Все вопросы с охраной решаются через старшего, самостоятельно выражать претензии и что-либо требовать не следует. Если нужно написать заявление (например, на стоматолога или рентген), то старшего следует, как минимум, уведомить.
В целом зэки вроде как каждый сам за себя и каждый сам по себе, но социальное одобрение и неодобрение, когда ты 24/7 находишься в очень тесном пространстве с одними и теми же людьми, значимо на порядок больше, чем на воле.
